На главную страницу  Оглавление свидетельств

Воспоминания коммунаров об уходе Дорогого Братца Иоанна из коммуны

Пятница, 19 апреля 1929 года
На вопрос городских трезвенников, было ли заметно из собеседований Дорогого Братца Иоанна об уходе и разлуке с коммуной и с коммунарами, коммунары засвидетельствовали:

    Незадолго до ухода Братца сапожник предложил: Дорогой Братец, я сошью Тебе новые сапоги, ибо эти уже обносились.

    Братец сказал: Ты Мне эти подправь и Мне до Москвы хватит.

    Братец всячески нас подготавливал, но до нас не ДОХОДИЛО.

    Братец сказал, что хлеба нам хватит на четыре месяца, а также и денег. А после Господь благословит. Посмотрев на стол, на котором стояли тарелки с хлебом, Братец сказал: Этим хлебом мы привлечём людей в коммуну.

    Братец сказал: Что сейчас не доделаю, через пятьдесят лет приду и доделаю, чтобы царство Божие было на земле.

    Однажды молодёжь - дети коммунаров сидели на скамейке во дворе. Братец, обратившись к ним, сказал: Мы хозяйство не растратили, не пропили, а своё дело сделали, а вы доделывайте. Час пришёл, что задумали, делайте сейчас. Иов всего лишился, но не поругал Господа, так и Я скажу: всё возьмут: детей, землю, скот, дома, но Я буду верить до конца.
Вначале для нас это было непонятно, а потом раскрылось. Оказывается, следователь жил на даче в Вырице и к нему по вызову ходили некоторые из парней-коммунаров, давая сведения о жизни в коммуне.
В количестве восемнадцати заявлений было подано на Братца Иоанна.

    В последний вечер перед уходом своим Братец велел наварить из муки каши. Когда каша была сварена, Братец велел всем попробовать и спрашивал: Как, хороша каша?. Все отвечали: Хороша!
Братец сказал: Вот кашу наварили на весь мир, хлебать, не расхлебать её, только ещё в ней масла не хватает.

    Про скворца сказочку - притчу сказал, что пробьёт верхнее окно. Сказал, что любимого нашего Силача съедят и воликов, которые обрабатывали землю.
А мы думали, что будет война, и возьмут наш скот. А вот какая оказалась война? Не успел Братец уйти, как приказали скот отправить на бойню из-за непригодности его.

    Часто Братец пел на распев: Чтобы в жизни не случилось, буду верить до конца.

    Вечером у себя в кабинете в присутствии немногих Братец читал из книги жития Святых за апрель месяц, 18-го дня. Житие святого мученика Иоанна Нового. Прочитав, сказал: Слышите, как сожжен, был Иоанн.

Свидетельство коммунара

    18 апреля Братец спросил меня: Николай, в каком инструменте ты нуждаешься для выделки кожи?.
Я ответил: Ни в каком. А теперь близок локоть, но не укусишь. Теперь бы я попросил: Дорогой Братец, дай мудрости, чтобы свою-то кожу выделать, как должно. И когда я стал выходить из двери, в это время входил милиционер с повесткою.

Свидетельство коммунарки

    Братец утром 19 апреля - это было в пятницу, на пятой неделе Великого поста, после завтрака, ходил по залу взад-вперёд и, подойдя ко мне, говорит: Мария! ты хоть Меня оправдай. Я по своему неразумению ответила: Ладно - оправдаю.
А мне коммунарки, здесь находившиеся, говорят: Мария, что ты говоришь? Проси молитв Дорогого Братца Иоанна!
Братец вторично обратился ко мне, говоря: Мария! ты хоть Меня оправдай. Тогда я сказала: Помолись, Дорогой Братец Иоанн, чтобы оправдать.
Мы видим, что Братец искал бодрствующих, как при Христе, когда Он шёл в Гефсиманию, просил учеников бодрствовать, а они уснули.

    Вечером за чаем, Братец объявил, что нужно явиться в Ленинград. Никто и не подумал, что навсегда. Хотя некоторые коммунары спросили: Дорогой Братец! Может быть пойти на выручку?. Братец сказал: Что ж притвориться больным и не пойти?
Иосифа свои братья продали, но он сделался правителем и через голод и разрушения, братопродавцам пришлось поклониться прекрасному Иосифу.
19 апреля утром, как обычно после завтрака, все разошлись по своим работам, а оставшимся при доме по хозяйству Братец сказал: Не плачьте, не хнычьте, не тоскуйте, а приберитесь.
И мы поняли, что нужно навести порядок, и приступили убирать зало и всё помещение, как к празднику. Не поняли, как нужно прибираться..
Была подана лошадь, и Братец вышел из дома, остановился у коляски. Вышла коммунарка, вынесла чемоданчик и сказала: Дорогой Братец! тут Тебе смена белья и другое кое-что. Братец вынул из чемодана маленькое Евангелие и сказал: Вот тут вся пища и питьё.
И тогда коммунарка спросила: Дорогой Братец! когда мы Тебя увидим?
Братец сказал: Если любовь Моя будет пребывать в вас, то увидите Меня.
Мы все подошли к руке Дорогого Братца Иоанна. И Братец сел с коммунаром Топтыгиным, сопровождавшим Братца, выехали со двора..
Поехали медленно по набережной, а ребятишки - дети коммунаров побежали сзади коляски. Братец слегка благословлял детей, а когда доехали до полдороги, Братец махнул детям рукой, чтобы не бежали, и погнали быстрее лошадь.
Доехали до железнодорожного моста, Братец слез и сказал кучеру: Лошадь подавайте к каждому приходу поезда. Пошли пешком по мосту к станции Вырица..

Свидетельство Топтыгина

    Братец, остановившись на мосту, долго смотрел в сторону дома со слезами на глазах. Так как Дорогой Братец немного задержался, поезд не отправляли, пока Братец не подошёл и не сел в поезд.
Видимо, всё было предусмотрено и все были предупреждены.
Теперь в городе Братец пошёл на Фонтанку, дом 50, к трезвенникам, где останавливался каждую субботу проездом в Обухово.
Там была Смолева Анастасия Ефимовна. Братец, обратившись к ней, сказал: Что пишут с Урала?
Она вкратце рассказала. Братец, выслушав, сказал: Им там сейчас спокойнее, нежели нам здесь.
Все присутствующие подошли к Дорогому Братцу Иоанну под благословение. Братец всех перекрестил и сказал: ДОВОЛЬНО! ПОРАБОТАЛ!
В тот же день из Большого дома повезли Дорогого Братца в сопровождении Топтыгина на Московский вокзал, для отправки в Москву. Посадили в вагон, вручили билеты.
Сидя в купе, Братец обратился к Топтыгину: У тебя семья, может вернёшься к семье?
И Топтыгин согласился: Да, Дорогой Братец, у меня семья. В это время вошёл в купе человек и сказал Топтыгину: Вы оставьте купе, а мы с Чуриковым поедем.
После Топтыгин сожалел и терзал себя, что оставил Дорогого Братца Иоанна, пожалев семью. Но это было уже поздно. И когда Топтыгин вернулся в коммуну, коммунары были недовольны, что он оставил своего Учителя.

Свидетельствуют коммунары

    День прошёл незаметно, мы все были заняты работой, а к вечеру нас объяла тоска и печаль. Мы чувствовали что-то недоброе, и каждый гудок поезда нас резал по сердцу, а Братец не возвращался. На каждое сердце пала печаль.
Ведь нам так хорошо было с Братцем, мы ни о чём не беспокоились в жизни. Наше дело было: кушай, что поставят, делай, что заставят.
И не заметили, как приехали следователи и стали производить обыск. Вот тут-то нам вспомнились слова Дорогого Братца Иоанна: ПРИБЕРИТЕСЬ!
Нас, несколько коммунаров подошли к ним и спрашиваем: Зачем вы взяли Братца? Ведь Он ничего и никому никакого зла не сделал.
Отвечают: Взяли не потому, что зло делал, а взяли от народа.
Спрашиваем: Когда мы теперь увидим Братца?
Отвечают: Пока наша власть существует, до тех пор вы не увидите Братца.
И стал у нас новый председатель коммуны агроном Розанов - пьяница. Хозяйство переименовали в колхоз Красный семеновод. И предложили нам, коммунарам, заполнить анкеты: что коммуна БИЧ неправильно была поставлена, что люди работали бесплатно и т. д.
Мы обратились к председателю с просьбою: Разрешите нам по-прежнему на работу выходить и с работы возвращаться с молитвою, не нарушайте порядок, каким он был при Братце Иоанне, и мы вам будем верными слугами. Но анкеты мы никакой не заполним, лучше мы с голоду умрём у ворот дома Братца.
А если не заполните анкеты, если не согласитесь с реорганизацией коммуны, из коммуны будете исключаться.
И которые раньше, а некоторые прожив до осени, все ушли ни с чем. Ни денег, ни хлеба, ни жилья. Вначале было трудно, но была любовь, и все друг другу помогали чем могли. И всех Господь Дорогой Братец Иоанн устроил.
Подтвердились Слова Дорогого Братца Иоанна: Когда сажаете яблоньки, сажайте пореже. Чтобы их солнышко обогревало, чтобы лучше плоды давали.
Рассадил нас Господь пореже. Дай Бог и Братец Дорогой Иоанн, чтобы от жизни трезвой выросли плоды. Аминь.

Свидетельство многолетнего трезвенника

    Братец Иоанн 19 апреля 1929 года был вызван по делу Козлова Л.О.. Козлов был трезвенник, потом стал проповедник. Слово Божие говорил хорошо. Его в обществе стали уважать, чуть - не рукоплескать. Появились поклонницы - сестрички. Жену оставил в стороне и стал почивать на лаврах.
Козлов однажды зашёл к нам, у нас в этом время находился Братец в ожидании поезда на Обухово. Когда мы сели за стол, во время собеседования Братец говорил об Иуде. Сказал: И между нами сидит Иуда.
Мы все встревожились и первые сказали сестрицы, каждая в отдельности Не я ли, Господи?
А мы, кто вслух, а кто про себя, подумали Не я ли, Господи'?
А когда впоследствии получили повестку По делу Козлова, тогда определился Иуда.
Когда арестовали трезвенников, после ухода Братца, арестовали и Козлова, но вскоре его освободили и еще двух с ним - Мальцева и Макарова
Когда меня вызвали на допрос, следователь мне заявил Согласен поработать? Дадим свободу, как получил Козлов Я ответил Может вы ему обещали платить за его труды и предательства, пусть он и трудится, а я на это не способен
Следователь ответил Не согласен, поедешь на Соловки
Ну что же - и там светит солнце, и там живут люди И меня выслали в ссылку
А Козлов, освободившись, стал ходить по трезвенникам и угрожать Вот я вам покажу, вот я на вас докажу Стал заниматься вымогательством. Многих соблазнил и искусил нарушить ТРЕЗВОСТЬ Мол, было время, при Братце трезвились, а теперь Братца нет, можно пить и т д.
Но немного он воинствовал в своем нечестии и предательстве. Алчность к наживе привела его к гибели. Связался с бандитами и разбойниками и ограбил вагон под пломбой, и попался Козлов вторично, по суду его расстреляли. Получил смерть Иуды.
История повторилась. И доныне есть еще живые свидетели, которые попались на удочку его. Аминь
В Большом доме Дорогого Братца Иоанна спросили Что вы знаете по поводу Козлова?
Дорогой Братец отвечал: У Меня козлов много, но они не Мои. Аминь
 

На главную страницу  Оглавление свидетельств